|
Существует достаточно большая группа работников данного возраста, которая находится в так называемом «кризисе нереализованное (осознание собственной профессиональной невостребованности при высоком уровне развития возможностей) или нелюбви к избранному делу жизни, а также кризисе бесперспективности (когда человек имеет достижения, активен, имеет ценные личностные качества, но затрудняется в построении новых жизненных программ, не видит для себя путей действительной реализации и совершенствования). Пожалуй, это одна из самых серьезных социальных проблем, порожденных переходом к рынку. Это подтверждают данные интервью, проведенного среди руководителей среднего звена в 2000 г. на одном из предприятий отрасли.
В последние годы в российском обществе создается культ «успеха», молодости и богатства, мобильности и независимости. Это создает серьезные проблемы четвертой рассматриваемой нами возрастной группе – работников старше 50 лет. Изменилось направление воздействия явления, названного в социологии «эйджеризм», дискриминации, осуществляемой одной или несколькими возрастными группами по отношению к другим возрастным группам. Если раньше, в период господства «клики старых джентльменов» (как называли руководство СССР на Западе), в нашей экономике и социальной жизни были дискриминированы молодежь и люди среднего возраста, то в настоящее время – группа старшего возраста
Это далеко не всегда обоснованно.
Если подходить к проблеме с точки зрения возможностей данной возрастной группы, картина не однозначна по ряду причин.
Во-первых, старость и старение – не только биологическое, но социальное и психологическое явление. Во-вторых, начало социальной и психологической старости может не совпадать с началом биологического старения. В-третьих, на трудоспособность влияет конкретная сфера труда человека, его потребности и мотивация.
Таким образом, мы видим, что динамика трудового потенциала в возрасте от 50 лет и старше не одинакова: можно выделить, как минимум, две группы людей, различающихся по состоянию трудового потенциала.
|